Меню
16+

Убеженское сельское поселение

Убеженское сельское поселение

Краснодарский край/Успенский район
Официальный сайт
17 декабря 2018, пн 2018.12.17 05:08:15
16+

Убеженское сельское поселение

Официальный сайт
471

О муниципалитете

Краткая информация о муниципальном образовании, фото, видео

История

Историческая справка

Слава тебе,
Господи,
что мы – казаки…

(из казачьей молитвы)

Глава 1. «От редута до станицы»
(история станицы Убеженской с 1794 по 1917 год)


Кубань!.. Милый сердцу привольный казачий край!

Здесь, на правом берегу стремительной реки, раскинулась моя родная станица Убеженская, окруженная с одной стороны невысокими горами, с другой — задумчивым лесом.

История станицы уходит своими корнями в то далекое прошлое, когда от царицы Екатерины 30 июля 1792 года был получен Высочайший указ, в котором говорилось, что войску казачьему Черноморскому, дана жалованная грамота на земли между Кубанью и Азовским морем.

Поначалу неуютно показалось казакам на Кубани – необитаемая земля с заросшими камышом речками и болотами. Чтобы оживить ее, нужно было много работать. Казаки постепенно заселили дикий неприветливый край хуторами и куренями, которые в последствии стали станицами. Так появилась и станица Убеженская.

В январе – апреле 1778 года под руководством А.В. Суворова была построена Кубанская укрепленная линия. Она была построена для защиты от племен живущих на левом берегу Кубани: шапсуги, бжедухи, абазины, адыги и другие. Казаки называли их всех черкесами. Одним из укреплений этой линии и была наша станица, носившая в то время название – редут Убежный.

С 1702 года стали обживаться здесь (как в убежище от произвола помещиков) беглые крепостные крестьяне из центральных областей России. Но только в 1793 году, в ходе осмотра Александром Суворовым кубанского правобережья, данное поселение получило статус населенного пункта как редут Убежный, в 1794 году переименованный донскими казаками в станицу, 9 семей которых были насильно переселены сюда с Дона по государеву велению, в станицу Убеженскую. На местном кладбище до наших дней сохранился надгробный камень одного из первых казаков – переселенцев – Кобелькова.

В местном музее висят списки казачьих родов, основавших станицу Убеженскую при редуте Убежном. Среди которых мы встречаем фамилии современных жителей станицы: Мясоедов, Сергеев – однодворцы, Краморов, Бирюков, Бабкин, Гнутов, Полубояров, Нескоблин, Кобельков, — донские казаки, переселенные с семьями из станицы Темнолесской, Караченцев, Малыхин, Маслов, Немцов, Фильчаков – курские однодворцы, переселенные из села Николаевского, ныне х. Верхнеегорлыкский Ставропольского края.

В XVIII веке вся станица была огорожена высоким частоколом с четырьмя воротами, которые днем и ночью охранялись стражей, так как Убеженская часто подвергалась набегам со стороны горцев. На восточной окраине стояла небольшая деревянная церковь, построенная еще первыми поселенцами – беглыми крепостными. Было несколько школ: 1. второклассная школа, 2. образцовая школа, 3. женская церковно-приходская школа, 4. 2 – одноклассных министерских училища. До революции станица была одной из самых богатых и густонаселенных в округе. В ней проживало 10-13 тысяч человек. Большую часть составляли зажиточные казаки, имеющие добротные дома с хозяйственными постройками, виноградниками, садами, крупным рогатым скотом и птицей. Меньшую – беднота, жившая в покосившихся хатах, не имеющая за душой ничего, кроме долгов.

В 1825 году все жители станицы были причислены к казакам.

Существует несколько версий происхождения названия станицы Убеженская. Первая версия: беглые казаки из Запорожской Сечи бежали сюда от преследования царского самодержавия. И название пошло от слова — беглые, убежавшие. Сюда бежали и крепостные крестьяне от помещичьего гнёта.

Вторая версия: для охраны южных границ России были казаками созданы небольшие военные укрепления-редуты (убежища). Возможно, поэтому и пошло название Убеженская.

До революции был в станице и свой большой кирпичный завод. Но дома в основном были деревянные, крытые камышом и соломой. Но были и кирпичные, крытые железом. Дома обычно имеют 3-4 комнаты, но есть и 2, называют хатами.

Внутреннее устройство домов таково: первая часть – сени или чулан, где помещаются кадушки с водою, часто мешки, верёвки. Иногда сени разделяют дом на две части: в одной живёт сам хозяин с женой, другая же чистая, предназначена для приёма гостей и приезжающих, эта комната обыкновенно лучше других. Тут, например, находятся стулья, в переднем углу стол, покрытый чистой белой вышитой скатертью, много икон, увешанных вышитыми с кружевом полотенцами. Стены комнаты оклеены обоями и увешаны портретами и картинами, фотографиями в рамках. Другая комната представляет род кухни, где вместо стульев под стенами широкие лавки, где можно не только сидеть, но и отдыхать, большой стол. На стенах висят шапки, пояса, одежда. Пол часто земляной. С одной стороны комнаты большая кровать, с другой — большая русская печь. Дети спят на печи. Под кроватью находятся арбузы, яблоки груши, а в другое время сидят наседки: гуси, куры. Дворы просторы, но занавожены. На дворах сараи двоякого рода: один открытый с одной стороны, в нем поставлены повозки, сани, бочки, другой закрытый, куда загоняют на зиму скот. На дворе погреб для хранения съестных продуктов. Зерно и мука хранятся в амбарах. Птица ночует в курятниках, небольшие сарайчики. Для освещения домов богатые покупают стеариновые свечи, а победнее – каганец, лучина. Жилище отапливают дровами, реже кизяком. Вокруг дома сады, дворы огорожены досками или плетнем. В станице было 200 га виноградников. Казачьи семьи пользовались льготами, не платили или очень мало платили налог. Но зато в армию его призывали на своем коне, с амуницией, в казачьей форме. На экипировку казака уходило немало средств. В праздничные дни казак в поле никогда не работал. Ходили в церковь, устраивали скачки, игры, кулачные бои, массовые уличные гуляния. В общем, большую часть населения составляли зажиточные казаки, имеющие добротные дома с хозяйственными постройками, виноградниками, садами, крупным рогатым скотом и птицей. Меньшую – беднота, жившая в покосившихся хатах, не имеющая за душой ничего, кроме долгов.

Казаки принимали активное участие в войнах. В 1914 году казаки станицы Убеженской отправились на фронт. В школьном музее хранится фотография, на которой казаки станицы Убеженской после присяги. Многие из этих людей не вернулись с «Великой войны», а те кто вернулся прошел сквозь Гражданскую войну. Это последняя общая фотография казаков станицы.

Во время Гражданской войны станица переходила из рук в руки. И каждая власть наводила свои порядки. Во время пребывания в станице белогвардейцев были повешены люди сочувствующие красной армии. На этом месте до сих пор стоит памятник. Жестокая Гражданская война, где брат воевал против брата, сын против отца, унесла жизни многих казаков станицы.

Глава 2. Михайло-Архангельская церковь

Отдельно следует рассмотреть историю Михайло-Архангельской церкви, которая являлась главной достопримечательностью дореволюционной станицы Убеженской:

«В 1825 году все население Убеженской было причислено к казачеству. Станица разрослась и похорошела, расцвела фруктовыми садами, виноградниками, отстроенными добротными домами. Убеженцы, люди глубоко верующие и почитающие религиозные праздники, обратились в Кубанскую Епархию с просьбой о строительстве новой кирпичной церкви. Повелению верховной церковной власти Кубани в станицу были направлены два знатока – монаха, которые с помощью маятника стали искать участок для построения храма.

Медленно и обстоятельно проводилась данная работа; были обследованы все Убеженские земли. Люди недоумевали: «Зачем все это?». Искатели объяснили, что для храма нужно «доброе место» (говоря современным языком, с мощной положительной энергией).

После долгих поисков оно нашлось, но, к сожалению, не понравилось жителям: это был заброшенный болотистый пустырь. Станичники вначале зароптали: больно уж место неприглядное, но монахи были непреклонны: или здесь будет храм, или его вообще не будет! Казаки подумали – подумали и решили: весь болотистый участок засыпать гравием и песком, благо этого добра в окрестностях станицы бери – не хочу. Сказано – сделано! Пустырь после отсыпки превратился в широкую раздольную площадь.

На века…

Строили церковь всем миром, на века. В раствор, чтобы был крепче, били сырые яйца и добавляли молоко. Кирпичи обжигали в специальных ямах. Ежедневно каждый станичный двор поставлял на стройку определенное количество яиц и молока.

В 1872 году на площади станицы Убеженской вознеслась к небу золочеными куполами красавица-церковь высотою с трехэтажный дом. Согласно православной традиции церковь была возведена в виде креста: рядом с большим куполом возвышались четыре поменьше. На каждом куполе сияли позолоченные кресты. Из высокой колокольни басил чугунный колокол, ему вторили пять медных. В церкви было три входа: с правой стороны – для прихожан-мужчин, с левой для женщин и главный центральный вход (общий для всех) был предназначен, главным образом, для торжественных служб в дни православных праздников, венчаний, для крестного хода.

При входе в храм прихожан встречала огромная икона Божьей Матери, взгляд которой как бы проникал в сердце каждого входящего и благословлял его на добрые дела. Неизгладимое впечатление осталось у старожилов от внутреннего убранства церкви: своды храма были сплошь покрыты росписью, стены – изразцами и мозаикой, пол устлан разноцветной узорной плиткой. Под самым сводом висела огромная люстра из сверкающего чешского стекла, по краям такие же точно люстры, но размером поменьше. А как прекрасны были царские врата алтаря, украшенные старинными иконами! Они достойны были восхищения! Жители станицы не пожалели средств на убранство церкви, она была лучшей в округе! В праздники она до отказа заполнялась верующими не только из Убеженской, но и из соседних сел и хуторов, ибо такой храм в районе был пока единственным.

В 30-х годах по всей стране началась активная борьба с религией: церкви закрывались, духовенство преследовалось, религиозные праздники были запрещены. Не обошло это и нашу станицу. Убеженский храм частично был разграблен: он лишился своих позолоченных крестов, разобрали чугунную изгородь, вырубили фруктовый сад, росший вдоль забора. Но, к счастью, внутреннее убранство церкви не пострадало: старинные иконы и церковную утварь верующие, в основном певчие церковного хора, попрятали по домам.

По решению станичного совета в верхней части храма сделали читальный зал, в нижней – сельский клуб, где силами комсомольцев был организован ликбез, работал драматический кружок, проводились политвечера и танцы под гармонь.

По просьбе мира.

Началась Великая Отечественная война. Практически все здоровое мужское население ушло на фронт: остались в станице старики, женщины и дети. Каждая семья с трепетом ожидала прихода почтальона – все боялись похоронок. Но они, к несчастью, все чаще и чаще приходили в дома станичников. Куда выхлестнуть боль утраты? Кому пожаловаться? К кому обратиться с душевной мукой? У кого просить защиты для живых, воюющих на фронте? Люди интуитивно потянулись к Богу, к молитве, к вере. Всем миром просили открыть церковь и власти уступили – в 1942 году храм открыл свои врата для прихожан.

После войны церковь вновь закрыли, и только в 1953 году батюшка Григорий Харыбин стал вести службу в храме, но в 1959 году приход опять закрыли, теперь уже навсегда.

С 1961 года церковь использовали как зерносклад. С 1963 по 1965 годы центральное помещение храма местная школа приспособила под спортзал, так как такового не имела, в другой половине хранили минеральные удобрения, затем там оборудовали склад газовых баллонов.

На руинах былого величия.

В начале 70-х годов было принято решение о снесение церкви. Направили рабочих, но странное дело: ни ломы, ни другие орудия не смогли сдвинуть с места ни одного кирпичика. Попробовали таранить техникой, обмотали тросами, тянули трактором – бесполезно, храм оказался на редкость прочным. И только применив большое количество взрывчатки, смогли разрушить стены. После нескольких сильнейших взрывов некогда прекраснейшее здание превратилось в руины. Кирпич и камень, оставшиеся от него, разобрали для личных нужд местные жители. И теперь на месте некогда величественного храма — лишь небольшой холмик, в котором при тщательном осмотре можно угадать остатки фундамента..

… История Убеженского храма – это мини-история нашей России. Ибо только в России с изменением политического строя; будь то «смутное время», революции, социализм или капитализм, принято, наверное, для значимости новой власти порочить прошлое, крушить старое. А ведь давно нужно понять: без прошлого нет настоящего и будущего – эту цепочку никто и никогда не сможет нарушить. Ибо прошлое – фундамент нашего общего дома, настоящее – основное здание его, будущее – крыша этого дома. Убери одну из этих составляющих – и нарушиться целостность здания истории нашей. И как приятно осознавать тот факт, что наступило время, когда власть старается строить и делать не только для будущего, но и бережно, с уважением относится к прошлому. У убеженцев появилось уверенность в возрождении храма, пусть не такого величественного каким он был, но я верю, что храм в станице будет, ибо единственное, что может сохранить человека – это его дух и вера, и пока он есть, непобедим сам человек, и значима жизнь его.»

Глава 3. Советский период в истории станицы Убеженской
(1918 -1941 гг.)


После Гражданской войны в станицы начала устанавливаться советская власть. В это время население станицы составляло 10-13 тыс. человек.

Сохранились воспоминания одного из жителей станицы: «В станицы было четыре каменных и одна деревянная школы. Учебников было мало, а по некоторым предметам их не было совсем. Не было тетрадей и чернил. За тетрадями отправлялись в Армавир и там доставали их в небольшом количестве по специальной справки из школы. Чернила приходилось делать самим из бузины. Представляете, какие это были чернила? Отапливали и убирали классы сами ученики: мальчишки пилили и кололи дрова, девочки мыли полы и окна Преподавателей не хватало.»

Комсомольцы станицы вместе с учащимися ставили спектакли и концерты. Сами готовили декорации и костюмы. Труднее всего было подготовить освещение зрительного зала, представления обычно проходили или в деревянной, или двухэтажной школах.

Керосин же приходилось доставать с большим трудом. А еще труднее было найти спички. Жители станицы не активно стали посещать спектакли. Многие боялись. Время было бурное.

В 1923 году в ст. Убеженской была создана пионерская организация. Первым пионерским вожатым был Макар Фильчаков, а одним из первых в пионерскую организацию вступил Николай Григорьевич Гнутов.

С 1924 года секретарём партийной организации станицы был Семен Евдокимович Абрамов. Он вёл большую работу по борьбе с бандитизмом.

В 1928 году в ст. Убеженской стали создаваться первые коммуны, а с 1930 года — колхозы. Началось раскулачивание.

Пресловутая борьба с кулачеством и с инакомыслящими наносила непоправимый вред станице. Забирали и отсылали в Сибирь или гноили в тюрьмах трудолюбивых людей. К тому же страшный город 1932-1933 годов посетил станицу. Уполномоченные со своим активом обходили хату за хатой, дом за домом, забирая у крестьян всё съестное, обрекая их на голодную смерть. Спасаясь от голода, люди спешили уехать кто куда. На станции не хватало вагонов, людей не пускали к поездам. И на утро убирали гору трупов с вокзала. И в самой станице похоронные команды не успевали своевременно вывозить трупы на кладбище и уж тем более по-человечески производить захоронение. Их бросали в общие ямы, а когда их наполняли, закапывали. Есть могильные холм такой на Убеженском кладбище, и нет над ним ни креста, ни памятника. Оставшиеся в живых были доведены до отчаяния безысходностью положения, теряли даже материнский инстинкт. Старожилы называют не мало случаев, когда взрослые поедали собственных детей.

Не успели опомниться от пережитого голода, как начались репрессии 1937 года. Снова волнения и тревоги. Как преднамеренное вредительство рассматривался тогда любой несчастный случай. Сломала лошадь ногу – тюрьма, объелась корова – тюрьма, родился мертвым теленок – тюрьма. А нередко, не требовалось и этого, достаточно было любой анонимки, чтобы человека отправили туда, откуда многие не возвращались, а на семью ложилось несмываемое позорное пятно.

Федор Иванович Краморов рассказывает: «В сентябре 1939 года меня и еще 12 человек репрессировали по 58 статье якобы за то, что мы создали банду и стремились свернуть советскую власть, хотя мы об этом и не помышляли. Отправили нас в город Краснодар, где таких горемык собралось 7,5 тысяч человек, погрузили нас в поезд в теплушках на Урал. Кормили баландой. Многие заболели дизентерией и в дороге по умирали. В общем, на Урал живыми доехало только 700 человек. Все мы работали на лесоповале и, кроме меня, никого в живых не осталось. Я остался в живых только потому, что был механизатор под покровительством инженера. С 1930 по 1939 год из станицы Убеженской было репрессировано 300 человек и все они где – то погибли. Репрессированным я был в Свердловской области, Гаринский район, в Северо–Уральских лагерях. Там было 12 отделений и во всех мне пришлось побывать. Работал на тракторе, электростанции, мельнице. Условия в лагерях были трудные. Выживали те, кто хорошо работали, получали дополнительный паек. Все войну я был в лагерях, хотя многие из лагерей забирали и отправляли в штрафные роты армии Рокоссовского».

На местном кладбище стоит памятник жертвам репрессий, как память умершим и назидание живущим.

Глава 4. Великая Отечественная война

Уже прошло 70 лет со дня окончания Великой Отечественной войны. Казалось бы, уже многие можно забыть. Фронтовики помнят мельчайшие подробности боев, в которых они участвовали, лица и предсмертные слова боевых друзей, которые погибли на их глазах и которых они хоронили в братских могилах или прямо на поле боя. В станицу Убеженскую немецко – фашистские войска пришли в августе 1942 года. Фашисты стали устанавливать новый порядок. Они грабили население, забирали скот и общественное имущество. Население гоняли на работы: женщины рубили лес, который грузили на машины, увозили на станцию и дальше в Германию. Грузили в вагоны землю чернозем. Тех, кто уклонялся от работы, прятал продукты и одежду согнали в деревянный сарай и подожгли. В Успенске организовался партизанский отряд, были в нем и из Убеженской несколько человек. Немцы расселились в хороших домах, жители выгнали в сараи и подвалы. В двухэтажной школе и в одной половине церкви был организован немецкий госпиталь. В школе в основном были размещены искалеченные и сильно раненные румынские солдаты. Колхоз не разогнали, а продолжали колхозников гонять на разные работы: ремонт дорог, рытье Зотов и укреплений. На войне из станицы погибло 300 человек. В станице немцы были недолго, около четырех месяцев. 23 января 1943 года силами Северной группы Закавказского фронта немцев прогнали, при отступления они сожгли школу вместе с тяжело ранеными солдатами. Люди – станичники видели зарево пожара издалека, но кругом была охрана, близко боялись подходить, а кто в это время был на лесоповале. Потом, когда немцы ушли, жители станицы похоронили обгоревшие трупы солдат, здесь же во дворе, вырыли яму, вернее яма была готова, в ней лежали не закопанные трупы раненых солдат. Их пристрелили сами немцы при отступлении. Вот в эту яму сложили и обгоревших, и закопали. Кмитова Клавдия Ивановна помнит это место, сейчас там углубление – канава и несколько акаций рядом, а от школы остались только холмики и камни от фундамента. Станица была разрушена и окончательно пришла в упадок.

Многие жители Убеженской принимали активное участия в боях за нашу Родину. Память о каждом человеке священна, ибо это чей-то отец, сын, брат, товарищ, любимый.

На сегодняшний день станица Убеженская это прекрасное, спокойное и родное для нас место, которое мы очень любим.

География

Добавить комментарий

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные и авторизованные пользователи. Комментарий появится после проверки администратором сайта.